Поэт
Степан
Родин

Творчество

Главная » Творчество » Книги » Гудит метель




              ЗОРИ
             (поэма)


       Глава первая

Я в прошлое не веду,
Не самоцель моя - ретро -
Застывшие б мысли продуть
Чистым, бодрящим ветром.
Входит в душу былая суть:
От прошлого некуда деться,
Представляю слова на суд
В обрамлении детском.

Слева - стелются зеленя,
Справа - свежестью дышат пашни,
И уводят они меня
В становление наше;
Что ни дальше, то все светлей
Путь, проложенный в сердце детском.
Он рождался среди полей
В гуще дел деревенских.
Не голод, разруха и вши,
Не трудовые факты -
Важен порыв души,
Сам человеческий фактор.

Я листаю свои лета:
Вот они - добрые люди...
Стоп!...
...Как низко птицы летят,
Значит, зиме быть лютой.
А в закромах в холода
Каждый сусек очищен.
Мерзнуть, опять голодать
Под вздохи пурги мальчишкам.
Хлесткий ветер в ночную стынь
Скользит по застывшим лужам,
Проверяет свои посты,
Что нас согревают в стужи.
Если кровли не укрепишь,
Тогда-то он без помехи
Посдирает притуги с крыш
И даже вырвет застрехи;
Натешится и засвистит
Свои разбойничьи песни
И помчится пасти
Стада облаков в поднебесье;
А то целый день моросит
Дождичек серый и грустный...
И все же октябрь на Руси
Пахнет свежей капустой.

Отпылали листвой деньки,
Отшептались поля с лесами.
Не зря за гумном старики
Ладят старые сани.
Не журчит в полусне река
Под одеялом хрупким;
Трясет ноябрь облака,
Высевая снежные крупы.
С клюкою стоит плетень,
В ночь бородой обросший,
И, зимний встречая день,
Сдувает с усов порошу.

Скрипят в хомутах гужи,
Дрожат проводами вожжи.
Полозьями путь проложить,
Это - событие тоже!
В перевалку, рысцой бегут
Карюхи, Рыжухи к ометам...
...И останутся на снегу
Теплые брызги помета.
Детство - это не миг, -
Распахнутый мир прекрасный.
Мы шли по ступенькам книг
В избе, да в холодном классе.

Под лестницей сторож спит.
Поленья вместо подушки.
Бают, что выпил спирт.
Нет теперь колбы с лягушкой.
...А перья...что там скрипят, -
Царапают, руку муча:
У каждого из ребят
По самодельной ручке.
Открыв в умилении рот,
Мальчик чумазый за дверью
Пыхтит, мастерит перо,
Выдрав из гуся перья.
На выдумки школьник хитр
(Он сердцем тянулся к школе)
Чернила - щепоть сапухи,
Отвар из коры дубовой!
Обидно, порой, до слез:
В тетрадях - кляксы из сажи...

На подоконник мороз,
Как школьник, взобрался и вяжет
Из паутины и звезд
На стеклах узор. Как живые,
Светят бусинки рос,
Пахнут цветы луговые;
Лучится радужный круг
В дыхании жгучем этом,
И не зима вокруг -
Струится знойное лето,
Шумит...А в углу - скелет;
В классе, как в погребе, тихо.
Забавно, сколько же лет
Было бы бывшему типу?
Молод он был или стар?
Что делал, как жил он?
Вдруг он плотью стал обрастать,
Вспыхнули синие жилы;
Блеснули, как лед, глаза
И вдаль посмотрели грустно;
Он покачнулся назад
И даже челюстью хрустнул.
Это же Павлыч, сторож наш,
Владимир Павлович Склочкин...
Фу! накатил ералаш.
Хотя б не приснился ночью.

...А у доски ответ
Мямлит Володя Щеткин:
"Ну, сделан этот шкелет
Из грудяной решетки..!"
Рассказ оборвал звонок -
И смех разразился жуткий,
А Щеткин уже поволок
Друга курить самокрутки.

Злая зима день ото дня
Выла волчицей матерой.
По вечерам мы, ребятня,
На терках картофель терли.
Муки не найдешь, не ищи:
Зима прожорлива сильно;
Хорошо, если были щи,
Да хлеб картофельный,
Синий...
Вгрызались в дрова холода;
Мороз не балует лаской;
И мы впрягались тогда
Сами в свои салазки.
Я видел: хрусталики слез
С лиц не стирали бабы...
...С дровами скрипит обоз
По снежным лесным ухабам;
Над лесом луна плелась,
Согнувшись старушкой нищей.
Сестре говорю я: "Насть,
Давай доедим ту пышку".
Мы стали; в ее руках
Тряпицу сжимает иней,
В ней - пышка, а на щеках
У Насти слезинки стынут.
"На, вот, замерзла, гляди..."
Мерзлая, но святая!
Я грею ее на груди,
Чтобы чуть-чуть оттаять.

Сегодня не ехать в лес;
Дров на неделю хватит;
И обувь крепкая есть:
Вчера подковыривал лапти.

Мороз в проводах шипит,
Клубится у входа пеной,
Успел наклепать шипы
В ночь на дверях и ступенях.

Латка на латке - пальто,
Обувь - лаптишки, портянки;
Коровий помет, решето, -
Мороз мастерит ледянку!
И не жалей лаптей,
Были бы целы ноги,
Пока великаном тень
Не ляжет через дорогу;
Пока луна за рекой
Ледянкой не выплывет из-за
Оборванных облаков -
Нас не загонишь по избам.
В снежной дымке день догорит,
Скукожится ночь седая,
В окна скребется и до зари
Под хохот пурги рыдает.
Ух! Как в печке дрова трещат!
В трубе завывает - к стуже...
В обед было пусто во щах,
Скорей бы сварился ужин.
Хлопочет чугун в огне,
Пусть покипит немножко:
В ужин всего важней
Рассыпчатая картошка!

Мороз за окном молчит,
Таит змеиные ласки...
...И любо нам на печи
Слушать зимние сказки.
Уткнулся в тряпье головой
Брат мой; он сказкам верит, -
Он мал еще... Чу! Домовой
Лапой скребет за дверью.
Пляшет коптилка в углу,
Под лавками рыщет холод;
Мы лезем под рваный тулуп
И в небытие уходим.

Коровы мычат во дворе.
Им сочные травы снятся;
А нам, ребятне, в январе -
Блины, Рождество, да Святки.
Шепчутся сумерки. Ждешь...
Сугробы метель утюжит;
Идет по селу молодежь
В объятиях хлесткой стужи.
Вечера в январе - огонь,
Ожогами лица метят.
Рыдает "хромка"-гармонь,
Да песни летят на ветер.
"Гармонист, гармонист,
Ты чего же смотришь вниз?
Ты гляди-ка в карагод -
Может, кто-то подморгнет!"
"А ну-ка, при всех не лезь!"
Кто-то - бочком к Аниске,
Она же голицей - хлесть"!
"Отстань ты - под носом склизко!"

Военный пожар отпылал.
С разрухой сводились счеты.
В селе молодежь была
С мозолями, краснощека;
И счастье и горе - ковшом;
С задором и песней - в поле;
В шутке - с открытой душой;
К горю соседа - с болью.

Шумит посиделочный двор.
В избе у Васьки Кадыни
Накурено, хоть топор
Вешай на космы дыма.
Впивается дым в глаза
Скрюченными руками;
А сам Кадыня в "козла"
Режется с мужиками.
И карта о стол, - как плеть
В углу под черной иконой.
А нам бы носы отогреть,
Зады почесать о коник¹.
И кажемся взрослыми мы,
Словно бы так и надо,
Под общий шумок дымим
Забористым самосадом.
А в "хромке" звенят ручьи,
Девичьи журчат припевки.
Шутка: визжит на печи
В объятьях чьих-то девка.
У каждого свой заряд.
Тогда мы взрослеть спешили.
...Утром - ни свет ни заря -
Гаркнет оркестр петушиный,
Заглушит морозный стон;
Белую снимет папаху
Под снегом дремавший стог,
И летом вокруг запахнет;
Подводы разбудят степь;
И с теплым душистым грузом
Навильники будут хрустеть
В детских руках заскорузлых.


       Глава вторая

Ветру б над крышами взмыть
Иль на полях пошарить,
Смести остатки зимы
На гумнах метлой шершавой.
Мы брали метель в штыки,
Сражаясь в открытом поле.
Под ветром вставали щиты
Из прутьев лозы и кольев.
И поле меняло лик:
Уже на второе утро
На лысинах мерзлой земли
Змеились снежные кудри.
Под ними густые, как мох,
Озимые снова жили.
Коварный мороз не смог
Ржаные выжарить жилы.

В конце февраля мороз
Ночами лишь в поле рыщет.
Днем смеются до слез
Сосульки под нашей крышей.
Проснешься еще до зари,
Спросонья ресницы липки,
И сам себе мастеришь
К лаптям колодки из липы.

Прижался к равнинам снег;
Грачи галдят на пригорках;
Март к полынье подсел,
Жует ледяную корку
И дремлет под шум куги.
Ему половодье снится.
А мне б теперь сапоги...
Да на рубаху ситца.
И пусть апрель забурлит
В нахлынувших тучах птичьих.
Чу! Кажется, журавли
Над нашей трубой курлычут.
Воздух настоян весной,
Он из лазури соткан.
Пойдемте-ка в мир лесной
За березовым соком!

Гремит лягушачий хор
За огородом на речке.
Тепло... На подножный корм
Тянет нас майский вечер.
А счастье - невдалеке,
Вот он, комочек тусклый:
Гнилая картошка в руке
Кажется пряником тульским.
Зима подмела закрома;
Голод высосал соки;
Крошишь в руке крахмал,
Поджаренный солнцем,
И высыпаешь в рот
"Пряник", в золу перетертый.
Благо, не пухнет живот,
Голод - не тетка!
Скачут на грядках костры,
Гривы взметнув высоко;
Под озимь лежат пары,
В них терпкие бродят соки.
А за околицей даль
Подернулась паутиной.
Это рябила всегда
Усталость... Домой скотина
С пастбищ пришла. У людей -
Радость. По тропам овечьим
Мы гоним табун лошадей.
Пастись на лугах за речкой.
Вот и луга. Костер горит.
Приляжешь у кочки росистой
И слышишь сквозь сон до зари
Конюха храп со свистом.
Дым от костра холстом
Стелется бледной ночью.
А вон за бурым кустом
Леший хохочет.
Мы верили: есть чудеса
Не только в аду и рае;
Курили взахлеб самосад
И кашляли, озираясь.
А конюх дрыхнет лежит,
Думки в башке-то нету.
А звезд-то... Бают, что жизнь
Есть на других планетах...
Пламя костра на лету
Птицу ночную осветит,
Из хлопьев тумана плетут
Русалки рыбачьи сети.
И все это наша жизнь:
Рядом фыркает лошадь;
Спит ребятня, подложив
Под щеки себе ладоши,
И возвращаешься в суть:
Шепот русалок не слышен.
Липа у нас в лесу
Раскудрявилась пышно.
Зеленая, как табак,
Но в каждой избенке тесной
Мука из листьев для баб -
Это подспорье к тесту.
Поклон тебе, дар лесной,
Мы пышкой зеленой грелись
И выжили этой весной.
Прости нас, лесная прелесть.
Костер подремать прилег,
Седой головой поникнув;
В прахе костра уголек
Теплится земляникой.
Бледнеет полоска зари,
Даль за рекой размывая;
На зеленом ковре горит
Росная зернь луговая.


       Глава третья

Под утро я спать хочу,
Но хлопает кнут пастуший.
Полежать бы еще чуть-чуть,.
Пальцы засунув в уши.
Не время - слыви большим,
Приобретай сноровку.
За плечи меня тормошит
Кривой бригадир Мордовкин.
Проснулся. Как был - разут,
Бессменно - пузырь-рубашка.
Беру сыромятный кнут
И, неизменно, фуражку.

Вдова (это в двадцать лет!)
С косой из калитки вышла.
Эх, сколько их на селе
Полгода замужем бывших?!
Все в заботушках допоздна
В деревенском своем масштабе,
Не успевших еще познать
Этой самой весны-то бабьей.

Отгрохотала война
В ближних и дальних странах.
А почему ж тишина
Всюду кажется странной?
Сколько непрошеных бед
Змеей по селу ползущих?!
В каждой почти избе
Война иссушила души.
Чем тебе, горе, помочь?
Снуешь под руками весь день ты.
Старухе в дождливую ночь
Снятся погибшие дети,
А мне - на лугах тропа,
Где с кровью смешалась зелень,
Где в битве отец упал,
Обнимая родную землю,
Да в предсмертной улыбке - мать
В холодной избе на лавке,
Да в полгода длиной зима,
Да хрустящая обувь - лапти.

Заходил по косе брусок
У плетня в петушином хрипе,
Как в искусных руках смычок,
Виртуозно по струнам скрипки.

Здравствуй, утро, родимый кров!
Свежо на заре спросонья!
Я учился тогда у вдов
Мастерству на лугах с косою,
Доброте - у родной земли...
Вдова распрямилась у прясла:
"Слышал, бают, что в Журавли
Пшено привезут и мясо?"
Сказала, лишь бы сказать:
В покосы - это не новость,
И стрельнули ее глаза
На задранную поневу
И так забегали озорно,
И даже мурлыкнул сладко
В крапинках пота нос
Юной еще солдатки.
Заплясал, заиграл рассвет
На губах ее чуть припухших...

Босиком по густой росе
Я шел запрягать Рыжуху.

Пропиталась у кондвора
Заря сыромятным духом;
Приобщалася детвора
К оглоблям, гужам и дугам.
А конюх на шутку остр,
Насмешкой, гляди, удружит:
"Шлею-то, шлею - под хвост,
Супонь подтяни потуже!"
Кто с упряжкой, тому - почет,
В покосы это - привычно:
Сборы, шутки, всегда течет
Ручьем говорок девичий;
Порою - аж в окнах звон:
Девчата "барыню" "шпарят",
Да залихватски гармонь
Треплет вихрастый парень;
И теплеет вокруг народ,
Становятся мягче души.
Девушка в пляске "гнет"
С намеками все частушки:
"Не ходи, милый, ко мне,
Не ищи удачу.
Как пойду косить - в траве
Молнии заскачут!"

Журавли - заливные луга!
Не детство ль меня к вам манит?
Я по утрам убегал
Купаться в сизых туманах.
Побыть бы у вас в гостях...
Там травы - играй хоть в прятки!
А росы, как соль, хрустят,
За голые щиплют пятки.

Порой мы соседа браним,
На ближнего смотрим гордо.
...Никак из бетонной брони
Не вылезет серый город.
Нам ли с полей убегать?
Не много ли говорим мы?
Дышите. Родные луга
Вздымают зеленые гривы.
Встречайте седой рассвет,
Где травы нектаром пахнут,
Да - жаль, что лугов-то нет:
Все они перепаханы.
Зачем же по берегам,
В реках не зная брода,
Пахать заливные луга,
Созданные природой?
В первый год урожай высок
Разлапистой кукурузы...
Но вместо лугов - песок,
И снова - гордиев узел.
На фермах зимой - падеж:
Жизнь не сдала экзамен.
Почуяв у горла нож,
Залился молодняк слезами.
С газетных серых страниц -
Лозунги в жизнь горячие...
Под орбиты рыжих ресниц
Закатились глаза телячьи!

Созревает к работе страсть
У косцов испокон утрами.
Косы - молнии, вспышка - хрясть!
И навзничь падают травы.
Работают дружно, в ритм,
Так слаженно, так- то ладно...
Суровые косари,
Бодрящая синь прохлады...
С мужиками за рядом ряд
По-мужски зашагали вдовы,
Лишь цветами на них горят
Перешитые их обновы.
На лугах колыхалась жизнь,
Светились косынки маками;
И подростки - за косы, да - вжик!
Вслед за мамками.
Им бы памятник на лугах,
Этим мамкам, да с косами,
Чтоб у памятника в ногах -
Луговые цветы бы росные!

Вдали горизонт так чист
И свеж, как всегда в России;
А солнце на спицы-лучи
Нанизывает росинки.
От проснувшейся речки Вад
Пар, поднимаясь, тает;
И скошенная трава
Уже подсыхает.

Пот затекает в глаза;
Маревом плещется воздух;
Вожжи к гужам подвязав,
Копны к стогам мы возим.
И большего счастия нет:
К девчонке с рыжею челкой
На вислобрюхом коне
Меж кочек рысцой прочекать.
А воздух так разогрет,
Что листья на ветках пожухли.
Солнце зовет на обед,
И я, стреножив Рыжуху,
И - туда, где можно остыть,
Где манят реки напевы.
Шатром над водой - кусты;
Под ними в одежде Евы -
Вдова, по пояс в воде;
На глади зеркальной - руки;
И в русло ее грудей
Сбегали синие струйки.
Припудрил загар янтарем
Ее молодое тело.
Я понял: в горе своем
Она не замкнулась, хотела
От любви опьянеть в дым...
В жемчуге брызг она скрылась.
Казалось: сейчас из воды
Вырастут белые крылья.
Я увидел не дивный сон,
Двоилась жизнь человечья:
На лугах, как мужик, - с косой
И лебедушкой - в тихой речке;
На коровах весной - в полях
С материнской к земле любовью.
Может быть, и теперь болят
Чувства вдовьи земною болью?
Вместе с ними рассвета синь
Мы встречали в лугах России,
От земли набирались сил
И земле отдавали силу.

...В лугах коростель поет...
И снова работа - миром.
И это было мое
Открытие мира.


       Глава четвертая

Чесалась земная плоть,
Войною болели годы;
И каждый ржаной ломоть
Казался нам слаще меда.
В эту страду без серпов,
Без кос - лобогрейками сбриты
Хлеба; скирды из снопов
Сложили мы; в общем ритме
Со взрослыми детвора
Не выдаст свою усталость;
И в рыжей стерне добра
Ни колоса не осталось.
Этот рабочий азарт
Врезался остро в память.
Словно птичий базар
Колышется со снопами.
Смотри, не зевай, не спи
В большой человечьей роще.
Ползут снопы по цепи -
Соломенные матрешки!
Жара так и валит с ног,
Но общим ты делом связан;
Ловишь подброшенный сноп
И разрываешь свясло...
Чихает в дыму "ХТЗе";
Плещется привода лента;
Летят молотилке в зев
Щедроты трудного лета;
Железное брюхо урчит,
Растрепанный сноп глотая;
И словно журчат ручьи,
Рожь звенит золотая.

В поле шумит молотьба.
С травушки пухнут дети.
Бригадир проверяет баб:
Зерна за пазухой нет ли?!
А баба ему: "Побойсь
Бога хоть, грудь- то лапать,
Сам-то дома небось,
Щи-то хлебаешь не лаптем?!"
И - смех; на душе - веселей,
От баб и не то мы слышим...

Волы в нашем селе
Не знали ярма и дышла.
Бывало, храпит мой "конь",
Рогатый и толстолобый.
Накинешь хомут, супонь
Затянешь; гужи, оглобли,
Дуга на место встают;
У речки ножом перочинным
Вырежешь ивовый прут -
И погоняй жичиной!
От жары усыхает тень;
Вянут лопушьи уши;
А вол - рогами в плетень,
И солнце телегу сушит;
Иль овод, - незванный гость,
Сядет быку под ляжку,
А бык-то - трубою хвост
И - тягу, прощай упряжка!
В глазах у вола тоска
С невысказанным укором.
Но вот ветерок приласкал
Его, как дитя, покорно
Он по дороге пошел
С телегой своей привычной,
Хоть косились на прут еще
Глаза кровавые бычьи.

Шуршит на пути стерня;
Хрипло, разноголосо
Поют под грузом зерна
Несмазанные колеса.

...А город в стройках гудел,
Вытягивал жилы житниц.
Останется ль на трудодень
Нам граммов по двести ржицы?
И дома в корень смотри:
Блины даются не просто...
Засевали мы сотки три
На огороде просом.

Лопочут цепы на току:
"Тик-так-так" в нетерпеньи.
Теперь-то блинов напекут
Матери детям в Успенье;
Затем: "тик-так-так", - толкачи...
Бабы замесят ночью
Опару в деже; на печи
До утра она бормочет.
Не досмотрев свои сны, -
К печке ребята спросонья.
Горкой лежат блины,
А рядом - горшочек соли
Серой, что ком земли.
"А дух-то!"- шмыгают дети.
Бери дымящийся блин
С запахом дров и лета!

...Пашни на наших детей
Смотрят сейчас печально...
Не надо искать путей,
Что хлебу дают начало.
Войдите в степную жизнь,
Коснитесь земли руками;
Вглядитесь: у теплой межи
Проклюнулся мир ростками.
Хлеб это жизни родник,
Бьющий живою лентой;
Хлеб города роднит,
Народы и континенты;
Хлеб нам в награду дан, -
Не только затем, чтоб выжить -
Без хлеба звездная даль
К земле бы не стала ближе!
Пусть мчится за годом год
Страдный, как хлебный ветер...
Хлеб - мерило всего
Сущего на планете.

--------------------------------------
¹ Коник - лавка от иконного (святого)
 угла к двери (Пр. Автора)

 --------
 1981 г.




Книга: Гудит метель | Просмотров: 645
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Приветствую Вас Гость